Виктор Смирнов

Читаем «Домострой». Как правильно ходить в гости.

Средневековый этикет традиционно считается исключительной принадлежностью западной культуры. Французская куртуазность, английская чопорность, испанская изысканность всегда противопоставлялась русской распущенности, тяжеловесному гостеприимству, пьянству и обжорству.

Но, открыв «Домострой», мы обнаружим целый свод правил приличного поведения в обществе. В Новгороде не было той византийской напыщенности и рабского самоуничижения, которая установилась при московском дворе. При огромной разнице состояний между боярами и чернью все свободные новгородцы обладали гражданскими правами, и это отражалось на их поведении. Вместе с тем гостеприимство и хлебосольство считались непременной обязанностью главы семьи хозяина независимо от его богатства и социального статуса.

«И еще напомнить: гостей приезжих у себя корми, а с соседями и со знакомыми в дружбе и в хлебе и в соли, и в доброй сделке, и во всяком займе. В гости куда поедешь — подарки не дороги, вези за дружбу; а в пути со стола своего есть давай домашним твоим и странникам, их с собою сажай за стол и питье им также давай. А маломощным милостыню подавай. И если так поступаешь всегда, то везде тебя ждут и встречают, а в путь провожают — от всякого лиха берегут: на стоянке не обкрадут, а на дороге не убьют, потому что и кормят доброго — ради добра, а лихого — от лиха, но если и лихой на добро во всем обратится, в том убытка нет добрым людям. Хлеб-соль — взаимное дело, да и подарки также, а дружба — навек, да и слава добрая».

Гостя встречали у ворот, входивший снимал шапку, отвешивал три поясных поклона и крестился на иконы. Гость и хозяин обменивались рукопожатиями и троекратным поцелуем, после чего гостя усаживали на почетное место под образами и начиналась чинная беседа. С мирянами полагалось говорить о здоровье, с духовными особами — о спасении души. Существовала уважительная форма обращения на «вы», о себе тоже говорили во множественном числе — «мы».

Гораздо важнее соблюдения внешних приличий уметь сохранять дружелюбие и не затевать ссоры. «Ни в пути, ни в пиру, ни в торговле сам никогда браниться не начинай, а если излает кто-то — стерпи Бога ради, но уклонись от брани: добродетель побеждает злонравие, злобу преодолевает, ибо Господь противится гордым, смиренных любит, а покорному дает благодать. Если же людям твоим случится переругаться с кем, так ты своих побрани, а крутое дело — так ты и ударь, хотя бы и прав был твой: тем брань успокоишь, да к тому же убытка и вражды не будет. Да еще вот неплохо недруга напоить и накормить хлебом да солью, глядишь, вместо вражды и дружба».

Муж и жена не слушают и не передают сплетен и слухов, не участвуют в пересудах. То же самое относится и к слугам, ибо по слуге судят о хозяине. «Слугам своим накажи не осуждать тех людей, у которых они были на людях, и что нехорошее видели — и о том бы дома не сказывали… Если же раб и рабыня — неученые и тупые, то куда их пошлют, и там не почтут их и испить не дадут, так они уж на своем подворье расскажут все гадости и о муже, и о жене… А узнать слугу — глуп ли он — просто: только вернулся домой — тут же все и выбалтывает: ясно, что и на людях о домашнем все так же выкладывает».

Особое внимание «Домострой» уделяет поведению на пирах. Если в Москве пышным цветом расцвело так называемое местничество, ревнивое соперничество за почетное место, то в Новгороде, напротив, хорошим тоном считалось сесть ниже, чем полагалось по званию и состоянию.

«Когда позовут тебя на пир, не садись на почетном месте, вдруг из числа приглашенных будет кто-то тебя почтеннее, и подойдет к тебе хозяин и скажет: "Уступи ему место!" — и тогда придется тебе со стыдом перейти на последнее место. Но, если тебя пригласят, сядь войдя на последнее место, и когда придет пригласивший тебя и скажет тебе: "Друже, садись выше!" — тогда почтут тебя остальные гости. Так и всякий, кто возносится — смирится, а смиренный вознесется».

Другая заповедь предостерегала от неумеренных возлияний: «Не упивайся до страшного опьянения и не сиди допоздна, потому что во многом питии и в долгом сидении рождается брань и свара и драка, а то и кровопролитие.»

Еще больших ограничений на пиру должна держаться женщина. «А коли гости зайдут, или сама где будет, сесть за столом — лучшее платье одеть, да всегда беречься жене хмельного: пьяный муж — дурно, а жена пьяна и в миру не пригожа».

Закончить рассказ об этой великой книге хотелось бы искренним советом: читайте «Домострой». Разумеется, за шесть столетий книга устарела в своей хозяйственно-бытовой части. Но в главных нравственных посылах «Домострой» не устареет никогда. С годами только возросла и его историческая ценность как путеводителя по русскому средневековью.