Представьте документ, в котором записаны реальные жители Карачевского края начала XVII века: фамилии людей, названия их селений, земли, которыми они владели, и рассказы о том, что произошло с ними во время Смутного времени. Такой документ действительно сохранился — это Дозорная книга Карачевского уезда 1614 года.

25 января 1614 года по царской грамоте начался «сыск» владений местных дворян и детей боярских. Работой руководил карачевский воевода Никита Панин. По сути, власти пытались разобраться, кому какая земля принадлежала после нескольких лет войны, разорений и постоянной смены власти.

Люди приходили и рассказывали, какими поместьями владели их отцы и деды, при каком царе получили землю и какие документы могли это подтвердить. Именно здесь история Карачева перестаёт быть безымянной.

На первых страницах встречаются Иван, Яков и Василий Юрасовы, Семён Софонов, Гур Сибилев, Фрол Переделский, Иван Лукин, а также Яхонтовы, Бочаркины, Анненковы, Карповы, Масловы, Шишкины, Коробовы и десятки других фамилий. Некоторые из них звучат вполне современно.

Первой в перечне записана Тихонова пустынь — Воскресенский монастырь возле Карачева. В документе упоминаются игумен Макарий и монастырская братия.

В книге встречается и название, которое карачевцы знают до сих пор — Девять Дубов. В записи 1614 года говорится о земле «к девяти дубом в селце в Будогощи». Владельцами части поместья названы четыре брата — Фефил, Сысой, Омельян и Андрей, дети Переделского. Таким образом, название «Девять Дубов» документально встречается уже более четырёхсот лет назад.

Упоминается в книге и Хотимль — ещё одно древнее поселение Карачевского края.

Особенно показательны строки, связанные со Смутным временем. Очень многие владельцы не могли предъявить грамоты на землю. В документе повторяются формулировки:

• документы «пропали в разоренье»;
• «грамоты пропали в литовское разоренье в Карачеве»;
• бумаги исчезли, «как литовские люди город Карачев сожгли».

Например, Иван Юрасов рассказывал о своём старинном поместье — деревне Юдиной, которую называли также Хотетовской, но подтвердить свои права старой грамотой уже не мог: она пропала при пожаре Карачева. Торх Оксютин рассказывал о поместье, которое его отец получил ещё при Иване Грозном, — и снова документы исчезли, когда был сожжён Карачев. У других владельцев бумаги погибли при разорении Болхова или во время событий в Москве.

Через сухие записи проступает Карачев сразу после одной из самых тяжёлых эпох его истории: люди возвращались к своим землям и пытались доказать, что здесь жил их отец, этим полем владела их семья, вот эту деревню им дали ещё при Фёдоре Ивановиче или Борисе Годунове. Документов уже не было, и иногда единственным доказательством оставались память человека и показания окружающих.

Дошедшая до нас рукопись состоит из 167 листов. Это не рабочий экземпляр 1614 года: исследователи считают, что сохранившаяся чистовая копия была переписана примерно в 1628–1633 годах. Сегодня она хранится в Российском государственном архиве древних актов.

Благодаря этому документу спустя четыре века можно читать имена людей, живших вокруг Карачева в начале XVII столетия: Юрасовы, Софоновы, Переделские, Яхонтовы, Анненковы, Карповы, Масловы, Шишкины и другие. Совпадение фамилии само по себе не доказывает родство — для этого нужна отдельная родословная работа.