24 сентября 1720 года в Николо-Одринском монастыре произошло нападение разбойников, в результате которого обитель едва не исчезла.

К тому времени Одрина пустынь переживала один из лучших периодов своей истории. С 1705 года ею управлял игумен Варнава. При нём малоизвестная прежде обитель начала быстро расти: был построен каменный Никольский собор, появилась тёплая Знаменская церковь, возводились новые кельи, начиналось строительство каменной ограды. В самом Карачеве монастырь строил Иверскую часовню. В Одрин всё чаще приезжали паломники.

24 сентября 1720 года в обитель ворвались разбойники. Монастырь разграбили, часть зданий подожгли. Игумена Варнаву подвергли жестокой пытке огнём; от полученных мучений он погиб.

Об этой трагедии сохранилось особенно ценное свидетельство. Спустя 24 года, в 1744 году, настоятеля Одринского монастыря иеромонаха Питирима попросили сообщить сведения об истории основания обители. Питирим объяснил трудности восстановления ранней истории тем, что во время нападения 1720 года монастырь был разграблен, игумен Варнава погиб, а вместе с имуществом разбойники уничтожили или похитили множество письменных документов.

Так нападение оставило после себя не только разрушенные здания и человеческую трагедию, но и уничтожило часть памяти о первых столетиях существования Одринского монастыря. Именно поэтому о самых ранних периодах его истории сегодня известно гораздо меньше, чем могло бы быть известно.

Особенно трагично это выглядит на фоне того, что Варнава фактически посвятил последние 15 лет жизни развитию обители: при нём деревянный монастырь постепенно превращался в каменный, строились храмы и хозяйственные здания, а Одрина пустынь становилась известным местом паломничества. Всё это оказалось под угрозой за один день.

Монастырь всё же выжил. Позднее его восстанавливали, он переживал новые периоды упадка и расцвета и в XIX веке вновь стал одной из заметных обителей Карачевского уезда. Дата 24 сентября 1720 года осталась одной из самых страшных страниц его истории.

Прошло уже более 300 лет, а память о погибшем игумене Варнаве и разгроме монастыря сохранилась до наших дней.